Я вернул моей невесте ее слово и заявил, что она свободна от своего обещания. СтрАнная девушка почему-то этому совсем не обрадовалась, сказала, что любит меня, как прежде, и будет ждать, когда я одумаюсь. Что с ней теперь, я не знаю: ведь я не видел еебольше года... Железный дровосек вздохнул, и большие слезы покатились из его глаз. - Осторожней! - В испуге вскричал Страшила и вытер ему слезы голубым носовым платочком. - Ведь ты сразу же заржавеешь от слез" - благодарю, мой друг! - Сказал дровосек, - я забыл, что мне нельзя плакать. Вода вредна мне во всех видах... Итак, я гордился своим новым железным телом и уже не боялся заколдованного топора. Мне страшна была только ржавчина, но я всегда носил с собой масленку. Только раз я позабыл ее, попал под ливень и так заржавел, что не мог сдвинуться с места, пока вы не спасли меня. Я уверен, что и этот ливень обрушила на меня коварная Гингема... Ах, как это ужасно - стоять целый год в лесу и думать о том, что у тебя совсем нет сердца! - С этим может сравниться только торчание на колу посреди пшеничного поля, - перебил его Страшила. - Но, правда, мимо меня ходили люди, и можно было разговаривать с воронами... - Когда меня любили, я был счастливейшим человеком, - продолжал железный дровосек, вздыхая. - Если Гудвин даст мне сердце, я вернусь в страну жевунов и женюсь на девушке. Может быть, она все-таки ждет меня... - А я, - упрямо сказал Страшила, - все-таки предпочитаю мозги: когда нет мозгов, сердце ни к чему. - Ну, а мне нужно сердце! - Возразил железный дровосек. - Мозги не делают человека счастливым, а счастье - лучшее, что есть на земле. Элли молчала, так как не знала, кто из ее новых друзей прав.

₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴₴

- Она заставляла работать нас день и ночь! - Хором сказали жевуны. - Она приказывала нам ловить пауков и летучих мышей, собирать лягушек и пиявок по канавам. Это были ее любимые кушанья... - А мы, - заплакали жевуны. - Мы очень боимся пауков и пиявок! - О чем же вы плачете? - Спросила Элли. - Ведь все это прошло! - Правда, правда! - Жевуны дружно расмеялись и бубенчики на их шляпах весело зазвенели. - Могущественная госпожа Элли! - Заговорил старшина. - Хочешь стать нашей повелительницей вместо Гингемы? Мы уверены, что ты очень добра и не слишком часто нас будешь наказывать! - Нет! - Возразила Элли, - я только маленькая девочка и не гожусь в правительницы страны. Если вы действительно хотите помочь мне, дайте возможность исполнить ваши самые заветные желания! - У нас было единственное желание избавиться от злой Гингемы, пикапу, трикапу! Но твой домик - крак! Крак! - Раздавил ее, и у нас больше нет желаний!.. - Сказал старшина. - Тогда мне нечего здесь делать. Я пойду искать тех у кого есть желания. Только вот башмаки у меня уж очень старые и рваные - они не выдержат долгого пути. Правда Тотошка? - Обратилась Элли к песику. - Конечно, не выдержат. - Согласился Тотошка. - Но ты не горюй, Элли, я тут неподалеку видел кое-что и помогу тебе! - Ты?! - Удивилась девочка. - Да, я! - С гордостью ответил Тотошка и исчез за деревьями. Через минуту он вернулся с красивым серябрянным башмачком в зубах и торжественно положил его у ног Элли. На башмачке блестела золотая пряжка. - Откуда ты его взял? - Изумилась Элли. - Сейчас расскажу! - Отвечал запыхавшийся песик, скрылся и вернулся с другим башмачком. - Какая прелесть! - Восхищенно сказала Элли и примерила башмачки - они как раз пришлись ей по ноге, точно были на нее сшиты. - Когда я бегал на разведку, - важно начал Тотошка, - я увидел за деревьями большое черное отверстие в горе... - Ай-ай-ай! - В ужасе закричали жевуны. - Ведь это вход в пещеру злой волшебницы Гингемы!